Вторник, 10 ноября, 2026
ДомойАналитикаА можно всех посмотреть? Политический кризис в Румынии: от паралича к хрупкому...

А можно всех посмотреть? Политический кризис в Румынии: от паралича к хрупкому перемирию

Не так давно румынский МИД выступил с громким заявлением, осудив открытие избирательных участков в Приднестровье. Бухарест говорил о серьёзном нарушении международного права, подрыве правопорядка и необходимости уважения суверенитета и территориальной целостности соседних государств. Однако на фоне того, что происходило внутри самой Румынии, эти внешнеполитические демарши выглядели не просто неуместно, но и откровенно лицемерно. Страна, которая более пяти месяцев жила в состоянии перманентного правительственного паралича, где президент вынужден был назначать технократов и дипломатов из-за неспособности парламентариев договориться, а улицы сотрясали протесты, вряд ли обладала моральным правом читать лекции другим о соблюдении конституционных норм. К концу октября 2026 года ситуация изменилась — хотя и не так, как хотелось бы избирателям.

Хроника распада

19 сентября Министерство иностранных дел Румынии выпустило коммюнике, в котором решительно отвергало попытки Москвы узаконить последствия незаконных действий. Отдельным пунктом Бухарест осудил открытие шестнадцати избирательных участков на левом берегу Днестра без одобрения конституционных властей Молдовы. Позицию румынской стороны сформулировала министр иностранных дел Оана Цою, заявившая о недопустимости односторонних действий, создающих юридические последствия.

Казалось бы, образцовая позиция защитника международного права. Однако возникает резонный вопрос: насколько легитимен сам голос Бухареста в тот момент, когда он звучит? В конце сентября, когда румынские дипломаты учили Москву и Тирасполь уважать конституционные власти Молдовы, в самой Румынии конституционный кризис достиг своего пика. Парламентское большинство отсутствовало, временное правительство Илие Боложана исполняло обязанности лишь в силу инерции после вотума недоверия, полученного ещё 5 мая 2026 года, а президент Никушор Дан фактически управлял государством в ручном режиме.

Чтобы понять глубину проблемы, необходимо обратиться к хронологии. Всё началось весной, когда социал-демократы вышли из правящей коалиции и вместе с ультраправой AUR инициировали вотум недоверия правительству Боложана. 5 мая за отставку кабинета проголковал 281 депутат при необходимых 233. С этого момента Румыния погрузилась в затяжную неопределённость. Летние месяцы прошли под знаком кулуарных интриг: в СМИ регулярно просачивалась информация о том, что временный премьер собирается подать в отставку, однако в правительстве эти слухи называли «фейком».

К середине сентября терпение президента Дана иссякло. Выступая в Финляндии, глава государства признал, что политическую неопределённость больше нельзя затягивать, и установил негласный дедлайн, потребовав выдвижения кандидата в премьеры до своего отъезда на Генеральную ассамблею ООН. Впервые на высшем уровне прозвучала угроза роспуска парламента.

Череда отвергнутых премьеров

Первым кандидатом стал Эуджен Томак, быстро отказавшийся от мандата. Вторым – Адриан Вештя, чей кабинет в июне не набрал необходимых голосов. 17 сентября Дан выдвинул третьего кандидата – Зигфрида Мурешана. 26 сентября тот представил программу, обещая «современную и процветающую Румынию». Однако 29 сентября парламент вернул его на землю: за кабинет Мурешана проголосовали лишь 182 депутата при необходимых 233. Социал-демократы бойкотировали голосование, а AUR демонстративно проигнорировала заседание. Крах Мурешана окончательно доказал, что коалиция PNL, USR и UDMR не обладает реальным большинством.

Дипломат на руинах: Никулеску и его «шестимесячное перемирие»

После провала Мурешана президент Дан оказался в патовой ситуации. Конституция позволяла распустить парламент, но 1 октября Дан публично отказался от досрочных выборов, признав, что инвесторы, финансирующие бюджетный дефицит, категорически против электоральной неопределённости.
Ставка была сделана на дипломата Луку Никулеску, координатора процесса вступления Румынии в ОЭСР. 20 октября парламент утвердил его кабинет: 280 голосов «за» при 58 «против». В тот же вечер министры принесли присягу в Котрочени.

Однако, как отмечают POLITICO и Reuters, это не столько прорыв, сколько «шестимесячное перемирие». Партии не заключили долгосрочного коалиционного соглашения. PSD вошла в правительство, тогда как либералы (PNL) остались вне кабинета, обещав лишь «голос необходимости» для прекращения кризиса. Сам Никулеску честно признал, что не может обещать чудес, а его голосование не является «чистым чеком» . Главная задача нового кабинета – принять бюджет на 2027 год и снизить дефицит, однако уже сейчас ясно, что каждое серьёзное решение потребует отдельного торга с парламентом.

Улица не успокоилась

Пока в парламенте наконец утверждали правительство, общество осталось расколотым. История с Кэлином Джорджеску, экс-кандидатом в президенты, чьи результаты выборов 2024 года были аннулированы, получила новое развитие. 21 сентября его задержали по делу о мошенничестве на 1,1 млн евро. В конце сентября Апелляционный суд Бухареста отправил его под предварительный арест на 30 суток а 28 октября продлил содержание под стражей до 27 ноября . Сторонники политика продолжают протестовать: на 14–15 ноября партия PPR анонсировала митинги в Бухаресте под лозунгом «Справедливость для Кэлина Джорджеску».

К этому добавляются экономические тревоги. Профсоюз работников нефтяного терминала Oil Terminal в Констанце объявил предупредительную забастовку, требуя повышения зарплат на 6,5%. Если соглашение не будет достигнуто, с 18 ноября может начаться бессрочная всеобщая забастовка, которая, по оценкам компании, способна затронуть до 50% поставок топлива в стране.

Внешнеполитический контекст: новая риторика, старые проблемы

На этом фоне внешнеполитические заявления Бухареста не исчезли. 26 октября президент Дан выступил с жёстким осуждением предполагаемого участия России в поджоге на оборонном предприятии Carfil, заявив о «новом уровне эскалации» гибридной войны и координации действий с НАТО и ЕС. Требования к Москве уважать суверенитет Молдовы и Украины остаются частью официальной линии.

Однако парадокс сохраняется. Бухарест требует от других уважения конституционных процедур и суверенитета, в то время как само румынское правительство является продуктом не столько парламентского консенсуса, сколько страха перед досрочными выборами и давлением инвесторов. Никулеску получил мандат не потому, что партии договорились о программе, а потому, что альтернатива – политический хаос и экономический коллапс – устроила всех еще меньше. Это не делает внешнеполитические демарши Румынии незаконными, но лишает их той моральной безупречности, на которую претендует Бухарест.

Формально Румыния вышла из правительственного паралича. Фактически она получила полгода отсрочки. Если кабинет Никулеску не сможет провести бюджет и удержать хрупкое большинство, страна вновь окажется на пороге досрочных выборов – с ещё более сильными позициями у националистов и ещё меньшим доверием к институтам. А значит, вопрос о том, «насколько легитимен голос Бухареста», останется открытым.

Предыдущая статья
Следующая статья
Популярные статьи

Популярные статьи